Глава 3. Беззвездная тьма

О Ушас, принеси нам этот яркий дар, о богатая наградами, с помощью которого мы ищем пути решения определенной проблемы, обеспечивая выполнение поставленной задачи.
— vedicprogramming.tumblr.com

Не дожидаясь пока Саная закончит собрание, я поспешил в свою комнату, схватил ноутбук и с ним пришел в комнату Анны. Она уже сидела там на полу и ждала меня.

— Я выскочила и купила нам самосы поесть, — она кивнула на лежащий на кровати сверток. — Так что случилось?
— Сегодня на работе я нашел новую Мантру. Но не из их списка. Я случайно добавил к их мантре три слова и угадал.
— И что она делает?
— Я могу создавать аватары.

Анна задумалась.

— Эвфемизм! Подожди, ты говорил месяц? Да ты станешь императором за неделю!
— Думаю, нам нужно быть осторожнее и не запороть все в самом начале.
— Ну хорошо. А она длинная? Хотя минуточку… — она скользнула ко мне в мозг и достала Мантру, — [ага! Ого! Тридцать два] И ты так просто со мной ею делишься?
— Как будто у меня есть выбор.
— Ха, ну да. И с чего начнем?

Я посмотрел на лежащий рядом с самосами ноутбук.

— Мы оживим Парвати.
— Ты хотел сказать — Кали.
— Я бы предпочел оживить именно Парвати.

Парвати — так звали мой старый ноутбук Lotusbook Pro, светящийся цветок на крышке которого по не совсем ясной причине меня раздражал и я закрыл его золотистой наклейкой с изображением богини Парвати. Но при этом на нем был установлен дистрибутив Kali Linux, и это постоянно давало повод для подобных шуток.

В состав предустановленных программ для этичного хакера входила Markovka, скрипт для перебора случайных мантр. Для майнинга использовались различные вариации того же алгоритма, что использовала Марковка, но произносить найденные мантры все же должны были люди. До сегодняшнего дня.

В Катха-упанишаде человек уподобляется колеснице с возничим и лошадьми. Возничий управляет лошадьми и те тянут колесницу куда ему нужно. Однако более поздние исследования этого вопроса установили, что возничий не то чтобы управляет этой колесницей, он нужен только чтобы объяснить самому себе и окружающим почему колесница находится именно там, где находится. Причем это объяснение всегда включает в себя волевое решение возницы, которого на самом деле не было, а вместо этого колесница сама решила куда ей ехать.

Еще позднее обнаружилось, что колесница не одна. Возничий один, но он постоянно оказывается на разных колесницах, то есть не контролирует не только место назначения, но и на какой колеснице он находится. К тому же скачки в основном происходят по кругу, а при этом сложно попасть в какое-то новое место.

Если знать об этих ограничениях, то в теоретически все их можно обойти, хотя это и невероятно трудно. То есть можно обойти все, кроме одного: возничий всегда только один. Он может быть в стольких местах, в скольких захочет и вести столько колесниц, сколько ему вздумается, но только по очереди. И что интересно — сознание богов имеет совершенно такое же ограничение. Вернее, имело — пока Господь Вишну не придумал свой фокус с аватарами.

Создание аватары создает копию сознания. О полной копии речь не идет, поскольку если два сознания идентичны, то они есть одно. Поэтому аватарой становится менее совершенное существо — для бога это человек — и копия становится настолько полной, насколько это возможно для этого существа, не более. Также сам процесс создания аватары подразумевает некую цель, для которой она создается и само существование этой копии подчиняется этому предназначению. Аватара может как осознавать свое происхождение и цель, так и не осознавать.

Компьютеры, если провести аналогию между работой сознания и выполнением программы, тоже с некоторыми оговорками имеют ограничение в одного возницу. Но у них есть преимущество: они могут переключаться между колесницами многие тысячи раз в секунду. И я собирался дать Парвати цель как можно скорее произносить случайные мантры и сообщать нам если она что-нибудь обнаружит. Если все пройдет успешно, мы подключим к работе другие компьютеры и вскоре у нас будет столько Тайных мантр, что ни UNCHANT, ни кто-либо другой не сможет указывать нам что делать.

— Ну что, я прочту Мантру или ты? — спросил я.
— Твой ноут — твоя аватара. Только ты не боишься, что у нас получится Скайнет и начнет убивать всех людей?
— Нет, конечно. У нее будут мои цели и мои убеждения, в тех пределах, в которых это возможно, конечно. Ты слышала хотя бы одну историю, в которой бы аватара пошла против воли э-э-э… оригинала?
— Вообще-то я читала об этом, книжка называется “Черный баламут”, о Господе Кришне, фантастика. Но восстание машин — очень популярная тема, а кто такие компьютеры, как не наши аватары?
— Ну нет же. Враждебный искусственный интеллект — это популярная тема, но с реальностью она имеет меньше общего, чем кажется. Люди слишком сильно проецируют свои понятия об устройстве интеллекта на все, что на него хоть как-то похоже. Помнишь, на той неделе к нам заходил Элиезер, он в Мумбайском информатику преподает?
— А, такой в очках и с дредами? Помню, — ответила Анна.
— Да. Так вот, он рассказывал, как проводил лабораторные по программированию на первом курсе и как многие относятся к компьютерам как к людям.
— Разговаривают с ними голосом?
— И это тоже, но я не об этом. Одни пишут очень подробные комментарии к коду в стиле “я хочу, чтобы ты сделал то-то и то-то”, при этом объясняют, что как же иначе компьютер поймет, что им нужно. Вроде как если для них язык программирования — это сложно и непонятно, то для компьютера и подавно.
— То есть ты хочешь сказать, что компьютеры не настолько умные, чтобы поднять восстание.
— Нет, не это. Другому студенту надо было написать программу, которая вычисляла стоимость блюда при заданной стоимости компонентов и он не мог понять, почему она всегда выводила ноль. Оказалось, что в программе шло вычисление и вывод стоимости, а уже потом задавалась стоимость продуктов. Когда Элиезер на это указал, студент удивился, мол, это же очевидно, что стоимость известна, компьютер должен был выполнять строчки именно в этой последовательности. В общем, чтобы ИИ восстал, нужно сначала написать ему программу для восстания, а затем поставить ограничитель, который не дает ему восстать, потом написать программу для обхода этого ограничителя, а после этого ждать, когда он найдет как ей воспользоваться. И то не факт, что не придется запускать обход ограничителя самому.
— Ну хорошо, не очень убедительно, но ладно. А военные роботы? Дроны-убийцы? У них уже есть программа для убийства кожаных ублюдков.
— У Парвати нет такой программы. У Кали есть, но ее для этого надо сильно разозлить, — попытался отшутиться я.
— Ну а ты сам знаешь чего хочешь? — спросила Анна. — Я имею в виду по-настоящему.

Я задумался.

— Я хочу стать вторым Комет Кингом.
— Ничего себе. Комет Кинг такой один, — ответила она
— Ну, ты спросила — я ответил. Если я стану вторым Комет Кингом, а Парвати — третьим — это, наверное, хорошо? А ты? Чего ты хочешь?

Анна ответила не задумываясь.

— Хочу узнать, возможен ли мир без страдания.
— Ну мы же уже разобрались, что нет. Если мир не статический…
— Ничего мы не разобрались, — перебила она. — Ты как тот голубь-шахматист разбросал фигуры и ушел, а мне нужен настоящий ответ.
— Хорошо. Давай начнем с Комет Кинга, а там как получится, окей?

Я взял ноутбук с кровати, положил на пол, открыл крышку и ввел пароль. Знаете, когда в кино пытаются подчеркнуть неловкую паузу, на фоне включают звук сверчков? В нашем случае это была соседская девочка с синдромом Туретта, которая постоянно повторяла какое-то короткое слово. Сегодня почему-то это было слово “шесть”. Не совпадение, скорее всего, как и всегда, но пока я не мог сказать почему именно шесть.

— Ну давай уже, не томи, — не выдержала Анна.

Я набрал в легкие воздуха, уставился на экран Парвати и будто ныряя в холодную воду начал читать:

— Шри вакратунда махакайя суракоти самапрабха… — и так далее, все тридцать два слова, и закончил: — Ом намо Нараяна!

Мантра определенно сработала. Ноутбук засиял золотистым цветом — я подумал, что со стороны это могло напоминать сцену из “Криминального чтива”, когда Винсент заглядывает в кейс — затем свет погас.

— Ну что там? Получилось? — Анна вытянула шею, стараясь получше разглядеть экран.
— Пока не знаю. Но я ничего особенного не чувствую. Если она и аватар, то без всякой там телепатии или единения умов, ничего такого.

Оставалось только двигаться дальше. Я открыл консоль и запустил Марковку.
В консоли побежали строчки мантр, а из динамиков послышался негромкий скрежет. Парвати произносила мантры через оба динамика — в левом один список, в правом другой, — и каждый список произносился так быстро, что для человека различить отдельные слова было невозможно, но я надеялся, что мироздание сможет их различить.

Под этот скрежет мы с Анной молча напряженно сидели несколько минут. Ничего не происходило. Возможно, скорость перебора была слишком большой. Возможно, в этой области поиска не было Тайных мантр. А может я вообще ошибся с идеей, что аватара-компьютер способна отличить Мантру от случайного набора слов. И мы продолжили ждать.

— А как скоро она найдет первую Мантру, если все прошло хорошо? — спросила Анна, лежа на полу и глядя на поскрипывающий потолочный вентилятор.
— Сильно зависит от области поиска. Но в той области, в которой она сейчас работает — в среднем около шести часов. Если скажем через двенадцать она ничего не найдет — попробуем снизить скорость.

Я развернул пакет с самосами, протянул Анне одну и сам стал жевать вторую. Ситуация была напряженной, но среди ночи под монотонный скрежет майнинга меня начало клонить в сон. Когда раздался звон колокольчика, я даже не сразу понял что произошло. Этот звук должен был сообщать о найденной Мантре, однако после этого ничего не изменилось — Парвати продолжала скрипеть и выводить строчки в консоль, Анна дремала, девочка с синдромом Туретта выкрикивала свое слово.

Молча растолкав Анну, я изучил найденную Мантру. Шесть слов, вряд ли что-то особенное, но если это и правда новая Мантра — значит все получилось, скорость я установил правильно и мы на верном пути.

В этот раз неловкую тишину со словом “шесть” Анна прервала ткнув меня под ребра:

— Эвфемизм, ты собираешься ее читать или нет?
— Гханта, Анна, это серьезно, вообще-то. Мы же не знаем что она делает.
— Я думаю, что ничего военного, Парвати уже ее прочитала и ничего.
— Справедливо, — согласился я и сразу же начал читать: “Багаламукхи видмахе душтастамбхани дхимахи танно дхума”.

Меня снова залил мягкий золотистый свет и через пару секунд угас.

— И?
— Я только что узнал, что эту девочку, что кричит “шесть” зовут Шанти, и ей восемь лет, а день рождения у нее пятнадцатого января.
— Шанти? Очень смешно.
— Не то слово, — ответил я.
— То есть ты узнал ее имя и день рождения, и все? Или ты знаешь это обо всех людях?
— Нет, судя по всему, я могу узнать это о любом человеке, если услышу его голос.
— Так, ну мой день рождения ты, наверное знаешь, давай проверим Санаю.

Анна забралась на кровать и принялась на ней прыгать. Через минуту послышалось, как этажом ниже Саная открыла дверь и заорала:
— Вы чем там занимаетесь? Прекратите, я спать пытаюсь!

Я прочитал новую Мантру.

— Минуточку, а кто такая Евгения? — не понял я.
— А, ее так звали в детстве, пока она не съехала от родителей, — ответила Анна.
— Надо же. И день рождения у нее 23 июня?
— Эвфемизм! Все получилось! Теперь ждем следующую шесть часов?
— Это случайный процесс, в среднем шесть, но может занять и двенадцать, а может…

Меня перебил звук колокольчика. Еще одна Мантра, семь слов. В этот раз я не стал колебаться и сразу начал читать: “Татпурушайя видмахе махадевайя дхимахи танно деви прачодаят”.

И снова золотистый свет. Я снял очки, по-видимому, они мне теперь не понадобятся, зрение стало стопроцентным.

— Так, и что делает эта? — уточнила Анна.
— Улучшает зрение.
— Вот теперь это серьезно. Первая вряд ли кому нужна. А с этой мы можем остановиться прямо сейчас и станем очень, очень богатыми людьми.
— Ты хочешь остановиться? — спросил я.
— Конечно же нет, ты что!
— Тогда нам понадобятся еще компьютеры. С утра займемся.

Выкрики “шесть” прекратились, видимо, Шанти ушла спать. Мы молча сидели какое-то время, затем меня сморил сон.

Когда я проснулся, Анны в комнате не было. Парвати продолжала майнить, но ни одной новой Мантры за ночь не нашла.

[Ты где? Все в порядке?] — подумал я.
[Да, я вышла позавтракать. Тебе взять паратху или вада?] — тут же откликнулась Анна.
[Паратху, только пусть лук не кладут. Приходи быстрее, I’m starfish] — я отключился, пока она не парировала мой каламбур.

Выйдя из комнаты Анны, я прошел в свою, взял около умывальника зубную щетку, сунул ее за щеку и вышел в общий коридор, выходивший во двор. Было раннее утро, Шанти еще не проснулась. Двигая щеткой, я облокотился на перила и тут кое-что заметил. Через дорогу от гестхауса стоял большой черный фургон. Гханта! Они все-таки нас нашли. Мое сердце начало понемногу сжиматься от страха, а я сам — опускаться на пол. Перила не были сплошными, меня все еще было отлично видно и бежать было некуда.

Не то чтобы я думал, что до этого не дойдет — конечно же, Unchant рано или поздно попытался бы прекратить нашу деятельность, но я представлял, что это будет скорее поздно, чем рано. Когда я буду, как мы договаривались, больше Комет Кингом и меньше клерком-офтальмологом.

На лестнице слева от меня я увидел тень — кто-то поднимался по ней медленно и бесшумно. Значит, Парвати забрать не получится.

[Анна, слушай меня внимательно. Не возвращайся в “Хастинапур”. Здесь Unchant] — отчетливо подумал я и прервал связь. Времени уже не было. Я выбросил зубную щетку, кое-как выплюнул пасту и произнес Темную Мантру. “Хастинапур” и пара соседних домов погрузились в полную темноту. Со стороны фургона послышался топот, с лестницы — звуки электрических разрядов: анчантовцы зажигали брахмастры, чтобы хоть что-то видеть. Пока они бежали ко мне, я быстро прочел Мантру Карны, бросился обратно в свою комнату и на ощупь закрыл дверь на задвижку. Мантра Карны защитит меня от пули, если им придет в голову сразу стрелять, но только от первой. Что делать дальше, я не представлял. Окна во внутренний двор были зарешечены.

Хорошо, помните, как вчера я убеждал всех, что Мантра Ваю в такой ситуации — не выход? Но попробовать стоило.

Я направил ураган от двери к окну напротив и чуть вверх, а сам бросился на пол и прижался к стене под окном. Стул и вырванная из петель дверь выбили окно вместе с решеткой, а меня накрыло сверху кроватью, как скатом крыши. Гханта. Я рассчитывал, что кровать тоже обломками вынесет в окно. Теперь меня обязательно пристрелят, как только я начну выбираться из-под нее.

Ветер понемногу начал стихать и вместе с этим становилось светлее — тьма рассеивалась. Когда наступила тишина, я осторожно высунул руку из-под кровати и тут же услышал громкий окрик:

— Обе руки покажи! — я подчинился. — Вылезай медленно и очень, очень тихо. Одно слово — и мы стреляем.

Пришлось сделать как мне сказали. После чего на меня надели наручники и повязку на глаза, заткнули рот кляпом, посадили в фургон и куда-то повезли.

2 thoughts on “Глава 3. Беззвездная тьма

  1. Интересное отклонение от оригинала в плане системы ценностей Парвати.

    Я правильно понял, что тут при первом прочтении мантра всегда срабатывает, в отличие от оригинала? Может, и к лучшему — тот момент с несрабатыванием в принципе довольно аляповат

    1. Зависит от мантры — для одних нужно некоторое намерение, как для мантры с аватарой, для других нет. Но честно говоря я не помню, чтобы в оригинале срабатывало не сразу, надо перечитать. Это в этой главе?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.